Комната на Пятницкой

Все чужие истории описываю. А ведь есть же и свои.

Недавно родители ходили в ресторан — на юбилей маминой родственницы.

***
В начале 20-х (а то и раньше) мой прадед (Петр, отец маминого папы) и два его брата, Митя и Вася, приехали из деревни в Москву, работать слесарями в трамвайном депо им.Апакова. Им выделили комнату в коммунальной квартире в доме на Пятницкой, на втором этаже. Одну комнату. 33 квадратных метра.

Прадед был инвалидом Первой мировой, был в плену, его держали в бочке с водой…. В 1929 году эхо войны догнало — его парализовало, он вернулся в деревню. На прадедово место на Пятницкую уехали две его сестры — незамужние Нюша и Наташа. Потом один из братьев перевез из деревни в эту комнату жену и троих детей. Другой, тоже, жену и троих детей. На Пятницкую приехал и старший дедушкин брат — учиться и работать токарем (22-летним он погибнет в войну; пройдя плен, побег, партизанский отряд, возвращение в действующую армию, попадет под бомбежку; средний, — 18-летний, тоже погибнет, в первом же бою).

Уже после войны, в 1949 мой юный тогда дедушка тоже поехал в Москву (всё из той же деревни — Юрьево, под Волоколамском; в войну он мальчиком был свидетелем того самого боя у Дубосеково).- Сначала работал учеником токаря на завод приспособлений, а через полгода — на Московском Радиозаводе (в будущем — радиозавод «ТЕМП»).  Там дедушка трудился всю жизнь; туда же потом устроился и мой папа; навигационные приборы (завод занимался отнюдь не только одноименными телевизорами), которые он собирал, я встретила потом на «Руслане» (АН-124), когда работала  в авиакомпании.

Работать и…жить в комнате на Пятницкой. На тот момент в комнате все также жили одинокие Нюша и Наташа, вдова дедушкиного дяди Васи с двумя детьми, вдовец дядя Митя с дочерью Клавой, ее мужем и внучкой Лидой. Кто-то жил у окна, кто-то без окна — за гардеробом. Семьи пытались отгородится, меняли планировку. Родители Лиды просили переставить столик дочки из темного угла к окошку, ей было трудно делать уроки.

С соседями, конечно, все знались. Дальше по коридору жило еще три семьи, и еще одна — за кухней (там жила еврейская пара; дедушка рассказывал: жене стало плохо, муж вызвал скорую, когда та приехала — оба были мертвы). У Лиды в соседнем доме жила лучшая подружка, они часто ходили друг к другу в гости.

Дедушка в 1959 женился на бабушке и уехал к ее семье в Пушкино, потом им дали комнату в бараке в Останкино, а потом и целую квартиру в Ростокино (барак снесли, когда строили Останкинскую башню; эх, увел кто-то у деда фотографии стройки). В этой квартире в Ростокино, на Малахитовой у акведука первые пять лет жизни прожила и я.

В начале 70-х в комнате на Пятницкой оставалась старенькая тетя Нюша и Клава с дочкой Лидой (у которой уже родилась своя дочь). Их выселили, когда квартиры в доме начали переводить под организации.

***
Родители ходили в ресторан на день рождения Лиды — 70 лет. Среди гостей была ее подруга Лена, та, из соседнего дома. Столик в ресторане был у окошка. Нет, не Лидиного, но Лениного. Сидели они в «ДжонДжоли» — зал ресторана охватывает бывшую комнату Лениной семьи…. Это дом 29 по Пятницкой, он был построен в 1788 и чудом пережил пожар 1812 года. Мне же он запомнился, как здание, где располагался магазин австралийского хлеба, куда стояли километровые очереди. И мы несколько раз стояли. Этот хлеб был ярким кулинарным воспоминанием из 90-х.

А «Дедушкин» же дом — номер 27 к3, примыкает к этому историческому зданию; когда был построен, увы, мне неизвестно. Сейчас в той квартире, где была комната, — джаз-клуб «Эссе». Надо сходить.

После юбилея родственники передали пачку фотографий на сканирование. Фотографии, которые мы раньше не видели. Несколько штук покажу тут.

1. В той самой комнате на Пятницкой. Наташа, Клава, ее сестра Маруся, Лида. Интересно смотреть не только на лица, но и на интерьер, на то, что на столе.

2. Нюша, Наташа, Клава и Маруся. За Марусей в КВНе — Козловский.

3. Клава и Маруся с матерью Ариной (в центре), которая родила 9 детей, но выжили только две дочери. Умерла она, когда ей было чуть больше 50. Ездила в деревню, а когда ждали поезда обратного, сказала, сидя на лавке: «Ой, мне бы Лиду (внучку, ей был тогда год) вырастить и замуж отдать и помирать можно».  И не договорила, как губу закусила, кровь пошла. Побежали к начальнику станции — поезд на Москву задержать (он стоять там 1 минуту должен). Погрузили ее в вагон, в Москве уже на вокзале ждала скорая, в больнице она и померла. Инсульт.

4. Клава.

5. Клавин муж. Такой же диван стоит у нас на даче, валики откидываются, образуя чуть более длинное спальное место. Спать на нем было — сплошное мучение.

6. Дедушка около станции метро Новокузнецкая. ~1956 г.

7. Дедушка с бабушкой и их подругой на первомайской демонстрации. 1959 год.

8. Жена дедушкиного четвертого брата с сыном.

9. Дедушка с бабушкой и Клавой на канале в Пушкино. Какие купальники, заметьте!

10. На ВДНХ. Справа — бабушка. В коляске — моя мама.

11. Моя мама.

12. На радиозаводе. Прически! На первом плане — Лида (заводская династия).

13. Дедушкин юбилей на радиозаводе.

14. И вот еще фотография, сделанная дедушкой в 1956 году. Вид из окна на Пятницкую. При сильном дожде из-за неисправной канализации затапливало Пятницкую и Б.Татарскую улицы. Так продолжалось буквально до недавнего времени.

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: